Монголов, живущих в самой Лхасе, почти нет, за исключением, ко­нечно, временных посетителей-богомольцев. Во время моего пребывания там постоянно жил один халхасец, прежде бывший духовным лицом и за провинности выгнанный из монастыря. Он сожительствовал с тибетянкой, и оба питались попрошайничеством и другими честными и нечестными за­работками, но все же он не покидал надежды увидеть когда-нибудь родные кочевья. Еще жила одна старушка, принявшая обеты монашества. Она происходила из Алашани и, проживая на счет добровольных подаяний, не­уклонно стояла на своем решении продолжить до самой смерти счастье — каждодневно лицезреть обе статуи «Учителя» — Будды.