Домашняя обстановка различных классов населения, конечно, отлича­ется таким разнообразием, что никак не может быть подведена под одну категорию. Вообще же, должно сказать, что каждый класс живет относи­тельно грязно, иначе говоря, чистота в жилищах никогда не соответствует роскоши обстановки.

Кроме того, сама домашняя обстановка по большей части не соответст­вует состоятельности хозяев; однако наибольшая роскошь с затратой зна­чительного капитала наблюдается в предметах культа, коим в богатых до­мах отводятся даже отдельные комнаты. С другой стороны, беднота часто имеет лишь одну глиняную лампаду, поставленную на полочке в переднем углу перед каким-нибудь старым и убогим изображением божества. Не бе­ря на себя задачи описания домашней обстановки таких разнообразных слоев местного общества, я все же хотел бы дать в общих чертах картину квартирной обстановки тибетца среднего класса.

Этот класс населения занимает квартиру в две больших комнаты, одна из коих служит кухней, а другая — спальней. В последней, обыкновенно в одном из противоположных входу углов, находится стол для будд, или ина­че — домашний алтарь. На нем, ближе к стене, расставляют статуи будд, которые чаще находятся в отдельных киотах или имеют один общий шка-фик с открытой передней стенкой, иногда заделанной оконным стеклом. Перед ними два или три ряда жертвенных чашек, наполненных водой, цзамбой, ячменем, цветками и т. п. Каждый ряд этих чашек имеет по од­ной лампаде, наполняемой исключительно коровьим топленым маслом.

Затем по стенам комнаты — низенькие деревянные кровати с тюфяка­ми, называемыми по-тибетски «бойдан». Последние покрываются сверху коврами местного производства. Вместо тюфяков часто встречаются и вой­лочные постели, крытые местным сукном или другими материалами. Спе­циальных подушек замечать не приходилось. Под голову кладут чаще платье, свернутое и сложенное в мешки. Одеяла ткутся из овечьей шерсти, узкими полосами наподобие ковров, так что со внутренней стороны немно­го напоминают искусственный мех. Затем эти полосы сшиваются между со­бой. Такие одеяла стоят, смотря по качеству, от полутора до четырех рублей.

. Перед кроватями — небольшие низенькие столики, на коих ставят та­релки, чашки и т. п., но почти неотлучно на них стоит цзампор, большая деревянная чашка с крышкой, обыкновенно выкрашенная в красный цвет. В нее кладется мука цзамба, которая постоянно предлагается гостям пер­вым кушаньем. Тут же, поблизости, можно найти так называемый мэ-пор, род глиняного горшка с большим отверстием сверху: в него плотно накла­дываются угли догорающего аргала. Мэ-пор, служа для поддержания посто­янно теплым поставленного на него чайника с чаем, в зимнее время, кроме того, нагревает комнату, заменяя печь, которой не бывает в спальне. В этой же комнате хранятся деревянные сундуки и вообще все пожитки хозя­ев. Стенных украшений почти нет, если не считать таковыми разные изо­бражения религиозного характера.